Код:
<!--HTML--><center> <div class="cl_ank"> <name>Дэймон Винчестер, 34</name> <pic style="background-image: url( https://upforme.ru/uploads/001b/c7/a6/1112/828330.gif );"></pic> <birthd>28.02.1992</birthd> <face>Jamie Campbell Bower</face> <stat> не женат</stat> <prof>священник</prof> <place>LA</place> <citataplay> Coolio - Gangsta’s Paradise</citataplay> <story> Дэймон Винчестер родился сыном человека, который управлял всем, что плохо пахнет и приносит деньги быстрее, чем закон успевает моргнуть. Не мафиози в классическом итальянском смысле - слишком мягко, а тот, кто делает деньги на страхе, зависимости и чужих слабостях, оставляя за собой шлейф уважения и трупов. Его детство было коротким сериалом из жестких уроков и ещё более жёстких шуток судьбы. 7 лет — первый крупный прокол, который ещё долго обсуждали в семье. Дэй решил угнать машину отца. Машина рванула с места, рёв мотора, визг шин… и прямо в беседку на заднем дворе, где двоюродный брат занимался сексом с секретаршей отца. Деваться было некуда, и все вместе свалились в бассейн. Никто не пострадал, кроме гордости двоюродного брата, и сидя на бортике и смахивая воду с лица, решил, что угон машины — это весело, а попадание в чужую драму - это вообще высший кайф. С тех пор он понял: мир любит, когда ты дерзко нарушаешь правила, особенно если это смешно. 14 лет — сломал нос первому, кто осмелился спорить с фамилией. Наверное даже не из злости, а из необходимости: уважение в его мире доставлялось зубами и кулаками. 18 лет — первый заработок на наркоте. Научная проверка качества включала саму себя: если тебе должно стать плохо, пусть красиво и с пользой. 22 года — разбил витрину магазина, потому что кто-то назвал его мальчиком. Три года постоянных визитов в отдел полиции.. Он кивал им, улыбался, строя планы. Но папуля, всё проплатил, и шалить можно было по кругу. 27 лет— отец предлагает половину империи с условием: - докажи, что ты готов переступить последнюю черту. Дэймон допил виски, сел в машину и рванул в противоположную сторону. Старое имя умерло, новое оформлено через знакомого с документами. Церковь — маскировка от чужих глаз и прошлого. На причастии в кабинке жует кислые мармеладки, кивает головой под чужие грехи и думает о виски, о людях, которые ломают свои жизни, и о том, что мир смешон и слишком скучен для скучных правил. 30 лет — Бар Хаос был его территорией, и он это знал. Сутану он сбрасывал с плеч, как ненужный труп прошлой жизни, набрасывал кожанку, завязывал волосы в хвост и становился собой - громким, уверенным, без утренних масок. За барной стойкой наливает себе виски, сам, без церемоний, и первый глоток всегда идёт в точку, потому что этот вкус, лучшее, что есть у него прямо сейчас. Он смотрит на гостей, шутит про их драмы, придумывает истории, которые никогда не случатся, и улыбается, зная, что никто не знает, кем он был с утра. </story> </div></center>
